Страница 202-205

The discovery of penicillin is attributed to Scottish scientist and Nobel laureate Alexander Fleming in 1928.
"When I woke up just after dawn on September 28, 1928, I certainly didn't plan to revolutionise all medicine by discovering the world's first antibiotic, or bacteria killer," Fleming would later say, "But I suppose that was exactly what I did".
As a boy, just prior to the discovery of mass producing penicillin, Dr. Paterson had badly scraped his knee, an injury that he almost died from. The following is his account of this injury and how it was treated at that time.
It was the late spring of 1942, and I was seven years old. My sister Lorna had just been born. One day I was outside playing with my friends - running while playing tag or something. There weren't any parks or grassy fields, so the kids played on the rocks or on the streets. I fell on the street and scraped my right knee. I guess it was bleeding pretty bad, so I ran home. Later I was told that it was on a Wednesday, and that my temperature shot up and up. By Saturday Mum and Dad had a sick boy on their hands, so on the advice of Dr. Chappell, our family doctor, I was rushed to St. Joseph's Hospital in Sudbury.
The cut on my knee had become infected, and I had blood poison. For a few days I guess I was "out of it", in a coma, and hung in the balance between life and death. I was diagnosed as having osteomyelitis, which means "bone infection". Apparently what happens with osteomyelitis is that the infected blood seeks out a part of the body which is already weak for some reason. In my case that happened to be the bone in my left hip. Anyway, they knew they had to operate fast to stop the infection before it travelled to a vital organ. That led to three months in hospital. The surgeon was Dr. Mowat, and I remember him as a very kind and soft-spoken man. He had to scrape out the infected bone, but then leave it open so the nurses could pack it every day with fresh gauze.
I've never been so scared in all my life. I didn't know why my hip was so sore and not getting better, and could tell that Dr. Mowat and my parents were pretty worried. As the nurses peeled away the old packing and re-packed my hip with fresh gauze they tried their best to cheer me up and not let on they were worried. I remember them saying, "Now be a brave little soldier, Mortie!"
Surgery had to be performed a few more times to clean out bone chips. All I can remember about those extra surgeries was being wheeled out of my room, down the corridor, and into a large bright "operating room". Suddenly a doctor (I later learned he or she is called the anesthetist) behind me would cover my face with a cloth and tell me start counting.
Looking back to that operating room experience these sixtythree years later I still remember my panic, crying out when the cloth went over my face. It had the most sickening smell I ever smelled, and I guess the scariest part was not knowing when they'd cart me down the corridor again and have that awful cloth suddenly draped over my face.
That's about it. When the infection was finally contained (by mid-summer), less and less packing was put into the incision till the day finally came that I could go home on little crutches that I still have. But there are a couple of other things I want to say about that summer.
One evening about ten o'clock, shortly after I'd been admitted to hospital, two nurses came to my bedside to check up on me. I wasn't asleep yet, but my eyes were closed and they thought I was. I remember clearly one of the nurses saying to the other, "Do you think he'll make it?" The other nurse answered, "I doubt it."
I didn't let on that I'd heard them. I was likely scared enough already so that the extra dose of pessimism didn't really register. Or - and this is quite likely true - perhaps little Mortie made up his mind right then and there that he WAS going to make it.
So after several months and with a lot of self determination, "Mortie" was finally able to go home. In 1946, there was a reoccurrence of the osteomyelitis, but by this time penicillin was available to the general public. The following, again, has been written by Dr. Paterson: In 1946 my osteomyelitis returned!
Darn it. We had all thought that it was over and done with, even though we'd been warned that it might come back. But this time the infection was gone in only a few days.
This time Dr. Mowat used penicillin to stop the infection right away. It also eradicated it completely. Not once in all these years did osteomyelitis ever come back!
Miracle drug, indeed yes. But what is truly amazing is that penicillin was eventually produced in large quantities in order to treat soldiers who were dying on the battlefields of Europe not directly because of their wounds, but because of poisoned blood that carried the infection that set into those wounds. When they were treated with penicillin, many soldiers recovered. Of the thousands of soldiers who had died in battle in prepenicillin World War I, many had died from pneumonia.
Remember that a nurse had told me in 1942 to "be a good little soldier"? I wasn't a real soldier, but I'm glad she said that.

Открытие пенициллина относится к шотландскому учёному и лауреату нобелевской премии Александру Флемменгу в 1928.
«Когда я проснулся как раз на заре 28 Сентября 1928 года, я точно не планировал в корне изменить медицину открытием первого в мире антибиотика, или убийцы бактерий,»- Говорит позже Флемминг, «Но я предполагал что это было именно то, что я делал».
Ещё мальчишкой, непосредственно перед открытием массового производства пенициллина, доктор Paterson сильно поцарапал своё колено, рана, от которой он почти умер. Вот его отчёт об этом ранении и как оно со временем было вылечено.
На дворе стояла поздняя весна 1942, и мне было семь лет. Моя сестра Лорна только что родилась. Однажды, я играл на улицу со своими друзьями – играли в догонялки или во что-то в этом роде. У нас не было никаких парков или травянистых полей, поэтому дети играли на камнях на улице. Я упал и поцарапал правую коленку. Я понял, что кровотечение очень сильное, поэтому я побежал домой. Позже мне сообщили , что это было в Среду, и что моя температура росла и росла. К субботе у моих родителей уже был больной мальчик и по совету доктора Чаппела, нашего семейного врача, я был доставлен в Госпиталь Святого Джозефа в Садбери.
В порез на моей коленке попала инфекция , и я получил заражение крови. Несколько дней я был без сознания, в коме, и был на грани смерти. Мне поставили диагноз остеомиелит, что означает «заражение кости». По-видимому при остеомиелите заражённая кровь ищет часть тела, которая уже слаба(больна) по какой-либо причине. В моём случае это случилось с костью в моём левом бедре. В любом случае нужна была срочная операция чтобы остановить инфекцию, пока она не добралась до жизненно важных органов. Это привело к трёхмесячному нахождению в больнице. Моим хирургом был доктор Моуэт и я помню его как доброго и сладкоречивого человека. Ему нужно было извлечь заражённую кость, но потом оставить её открытой чтобы медсёстры могли каждый день накладывать свежую повязку.
Я никогда в жизни не был так сильно испуган. Я не знал почему моё бедро было так воспалено и не поправлялось, и я могу сказать, что мои родители и доктор Моуэт были сильно взволнованны. В то время как медсестры делали мне перевязку они делали всё возможное чтобы развеселить меня и не делать вид что они взволнованны. Я помню как они говорили:”Теперь будь маленьким храбрым солдатом, Морти!”
Эти процедуры должны были исполняться ещё несколько раз чтобы очистить костные отломки. Всё что я могу вспомнить об этих особых процедурах, что меня выкатывали из комнаты, вниз по коридору в большую яркую «операционную комнату». Неожиданно доктор( позже я узнал что он или она зовутся анестезиолог) позади меня накрывал моё лицо тряпочкой и говорил мне начинать считать.
Вспоминая переживания, связанные с этой операционной комнатой, тридцать три года спустя, я до сих пор помню мою панику и мой крик, когда тряпочка укрывала моё лицо.У неё был наиболее отвратительный запах я когда либо чувствовал, и самым страшным было то , что я не знал когда они снова повезут меня по этому коридору и эта ужасная тряпочка снова упадет мне на лицо.
Это всё об этом. Когда инфекция была окончательно нейтрализовона( к середине лета), всё меньше и меньше бинтов накладывались на рану до того дня, когда я понял что смогу пойти домой на маленьких костылях которые у меня есть до сих пор. Но есть несколько других вещей, которые я хочу рассказать про то лето.
Одним вечером, примерно в десять часов, вскоре после того как меня положили в больницу, две медсестры подошли к моей кровати, чтобы проверить моё состояние. Я тогда ещё не спал, но мои глаза были закрыты и они думали что я сплю. Я чётко помню , что одна медсестра сказала другой: «Думаешь он сделает это?». Другая медсестра ответила «Сомневаюсь».
Я сделал вид что не услышал их. Вероятно я был уже достаточно напуган поэтому дополнительная доля пессимизма никак не повлияла. Или – что более вероятно – возможно маленький Морти решил прямо там и тогда, что он это сделает это.
И так, спустя несколько месяцев и с большим количеством решимости, «Морти» наконец смог пойти домой. В 1946 году, остеомиелит снова повторился, но к тому времени пенициллин уже был доступен всем. Вот что было написано самим доктором Патерсоном:
В 1946 году мой остеомиелит вернулся! Проклятье. Мы все думали , что он закончился и с ним покончено, хотя мы были предупреждены, что он может вернутся. Но теперь инфекция ушла за пару дней.
В этот раз доктор Моуэт использовал пенициллин чтобы остановить инфекцию немедленно. Он также искоренил её полностью. Не разу за все эти года остеомиелит больше не вернулся!
Чудо лекарство, ну и ну.Но что на самом деле удивительно так это то , что пенициллин в конечном счёте производился в больших количествах с целью лечить солдат , которые погибали на полях битв в Европе не из-за ран, а из-за заражения крови, которая влекла за собой инфекцию. Когда они были вылечены пенициллином, многие солдаты выздоровели. Из тысяч солдат которые погибли в битве во время Первой Мировой Войны до изобретения пенициллина, многие умерли из-за пневмании.
Помните , медсестра сказала мне в 1942 году «будь хорошим маленьким солдатом»? Я не был настоящим солдатом, но я рад , что она сказала это.